В условиях практически полного исчерпания запасов противоракетных средств и начала активной охоты наших операторов дронов за мобильными огневыми группами противника на Банковой ожидают в ближайшие дни сразу несколько важных событий.
Во-первых, один из самых мощных ракетно-дальнобойных ударов, а во-вторых — применение «Орешника», о котором уже предупреждают данные британской разведки.
И вот уже сам Генштаб начал открыто высказываться по этой теме. Залп готовится?В самое ближайшее время прогнозируется удар «Орешника» по тыловым объектам на Украине. Причём речь, по всей видимости, идёт о нескольких пусках сразу и без особой специальной части. Об этом напрямую сообщает канал «Дневник Разведчика», ссылаясь на свои источники в российском Генеральном штабе.
Сам этот ресурс входит в сеть беглого олигарха Михаила Ходорковского*, который выполняет заказы на британские гранты и соответствующую повестку. Тем не менее после завершения Пасхального перемирия о «Орешнике» заговорили сразу многие источники, что может указывать на реальную подготовку к удару.
Как пишет британское издание со ссылкой на «собеседника в Генштабе», вариант с применением «Орешника» рассматривается как стартовый для начала нового этапа наступления российской армии на ключевых направлениях фронта. Акт силового давления на Киев нужен, чтобы «мотивировать» Зеленского вывести войска с территории Донбасса либо развернуть назад подразделения противника.
«Орешник» рассматривается как инструмент шока. Задача – сбить управляемость ВСУ и одновременно выбить ключевые узлы снабжения, на которых держатся Славянск и Краматорск.
По данным источников, комплекс уже развёрнут на полигонах и приведён в готовность. Запуск могут синхронизировать с очередным массированным ударом или провести сразу после него, чтобы усилить эффект неожиданности.При этом британские грантоеды оставили себе лазейку для отступления, отметив, что окончательное решение ещё не принято. Готов лишь сценарий, который показывает готовность к повышению уровня контролируемой эскалации вместо затяжной тактики постепенного давления.
Несмотря на очевидную наивность подобных рассуждений источника, ряд военных аналитиков тоже прогнозирует скорое применение «Орешника» для уничтожения ключевых укреплённых объектов военно-промышленного комплекса и логистики в преддверии весенне-летней наступательной кампании на фронте. По прогнозам, она начнётся после того, как полностью появится «зелёнка».
«Сегодня следите за новостями, такого мы давно с Вами не видели!» — загадочно написал Донбасский Партизан за несколько часов до ночного массированного удара. Первые объекты уже уничтожены на территории Одесской области.
** — включён Минюстом России в реестр иностранных агентов; внесён Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов.
https://freedom-news.ru/vot-i-...
Андрей Манойло: Логично начать не с мест, где производятся БПЛА, а засадить по штаб-квартире МИ-6
Высшее командование России примет решение об ударах по местам сборки БПЛА в Европе, заявил зампредседателя комитета Совета Федерации по международным делам Владимир Джабаров.
Ранее Минобороны РФ раскрыло адреса предприятий в Европе, производящих дроны и комплектующие к ним для ударов по России. В список. в частности, вошли филиалы украинских компаний, расположенных в Британии, Германии и Дании.
«Наносить удары реально или нет — это решает только Верховный Главнокомандующий и Генеральный штаб. В принципе, это хорошо, что мы знаем адреса», — отметил Джабаров, добавив, что до конца 2026 г. Британия должна поставить Киеву 120 тыс. дронов. В этой связи он призвал европейские страны задуматься.
В свою очередь зампредседателя Совбеза России Дмитрий Медведев назвал публикацию Минобороны РФ мест производства дронов для Украины реестром потенциальных законных целей.
Очередные пугалки? Или наверху, вдохновившись примером Ирана, решили, что пришло время жахнуть?
— Полностью согласен с Медведевым и Джабаровым, — говорит доктор политических наук, профессор МГУ Андрей Манойло.
— Если бы я был руководителем высокого ранга, таким как они, я бы тоже бахнул бы. Потому что сколько можно уже терпеть? Что это такое? Но дело в том, что решение в Российской Федерации принимается не единолично, а коллегиально. Тем более важные решения. И прежде, чем подобного рода объекты, расположение которых опять-таки известно, об этом Дмитрий Анатольевич совершенно правильно сказал, станут законными целями по-настоящему, этот вопрос будет рассмотрен на достаточно высоком уровне. Затрудняюсь сказать, на каком. Может быть, на уровне Совета Безопасности. А может, и нет.
Если Джабаров делает такое заявление, а он не просто сенатор, Владимир Михайлович — человек государственный, системный, это означает, что озвучивается не его личная инициатива. То есть руководство РФ, по крайней мере, задумывается об этом. Но опять-таки, это совершенно не означает, что сегодня сенатор Джабаров выступил с заявлением, а завтра по вражеским объектам полетели какие-нибудь утюги. У нас так не бывает.
«СП»: Может, просто предложить этим странам закрыть предприятия по производству БПЛА во избежание неприятностей? Или убеждения уже не работают?
— Конечно, можно им предложить закрыть предприятия по производству БПЛА. Предложить можно всё что угодно. Вопрос в том, последуют ли нашему доброму совету. Ведь это суверенные страны, и они сами выбирают, что им производить, а чего не стоит. А во-вторых, на чужих ошибках никто не учится. И первое понимание того, что не надо поставлять на Украину БПЛА, может прийти в голову европейских производителей, только когда по ней прилетит какой-нибудь очередной российский валенок.
«СП»: Чем мы могли бы их вразумить?
— Если бы я принимал такое решение, то я бы выборочно ударил бы «Орешником». Просто, эффективно и со вкусом. Но как именно подобного рода сценарий рассматривается в планах, которые всегда разрабатываются и готовятся, даже если никогда не будут реализованы, мы, разумеется, не знаем.
Логично начать не с мест, где производятся БПЛА, а чем-нибудь очень убедительным засадить по штаб-квартире МИ-6. Почему лучше начать с этого? Потому что можно бесконечно гоняться за производителями оружия, которое на европейские деньги закупается у американцев и передается потом на Украину. И эффекта никакого не будет, пока в безопасности, причем в абсолютной, находятся центры принятия решений. Об этом уже неоднократно говорилось. Но опять-таки, чтобы выводить из строя центры принятия решений, а в нынешней гибридной войне эти центры находятся не только на территории Украины, но и за ее пределами, требуется политическое решение. Оно принимается, исходя из конкретной оперативной и стратегической обстановки, деталями которой мы с вами, конечно, не владеем.
— Сразу скажем, что времена слов ушли давным-давно, про последнюю красную линию перестали шутить еще в 22-м году, — напоминает экс-боец ополчения ЛНР Александр Аверин.
— Давно пора уже ответить реально на все те угрозы, что страны Европы создают России. Прежде всего, я говорю об ударах по местам производства вооружений для Украины. Иран на наших глазах пошёл гораздо дальше, и никакого масштабного конфликта это не вызвало. Так что, если вести разговор о большой европейской войне, то подобный удар по Дании, Нидерландам, другим странам, будет как раз скорее, чем отсутствие ответа, способствовать охлаждению военного напряжения.
— Еще в конце 2022 года Медведев перечислял, что, по его мнению, относится к законным военным целям России, — напоминает политический аналитик Кирилл Озимко.
— Назывались объекты военной инфраструктуры, любая военная и вспомогательная техника противника и даже его военно-политическое руководство. Но это в теории. На практике — другая картина: Россия действует крайне осторожно, за четыре года всерьез атакована лишь малая часть законных целей на Украине. При этом наиболее серьезные объекты, как военно-политическое руководство противника, и вовсе не тронуто. Возможно, у нас опасаются каких-либо рисков. Поэтому я не думаю, что слова Медведева означают, что мы будем завтра бомбить производства украинских БПЛА на территории ЕС.
«СП»: Джабаров тоже грозит. Хайп? Или у нашего руководства уже есть понимание, что пора бахнуть? В Европе уже напряглись. Боятся? Или нет?
— В Европе в любом случае вынуждены реагировать на подобные заявления. Как минимум, чтобы не напрягать население, которое прочитает в своих СМИ о заявлениях Медведева. Они объяснили всё более глубокое втягивание в украинский конфликт «усилением собственной обороны», и в целом дали понять, что не отступят от производства дронов для Украины и от поддержки киевского режима.
«СП»: Договориться с ними уже никак?
— Если бы с Европой можно было договариваться убеждением, компромиссами и другими дипломатическими путями — никакого конфликта на Украине не было бы. Вся проблема в том, что там понимают только язык силы.
«СП»: Каким может быть военный ответ? Удар БПЛА или ракетой? Диверсия на предприятии?
— В теории может применяться широкий спектр действий. Те же дроны, например. Удары по военному производству, технике, по центрам принятия решений, по логистике.
«СП»: А в каких странах? Логично начать с Прибалтики, где есть потенциальные цели, таким образом обозначая зону своих первостепенных интересов. Или удар по Польше даст больший эффект? Или врезать по Великобритании, где давно и с нетерпением ждут прилёта из России?
— Думаю, выбор будет сделан, исходя из анализа, где какое производство представляет наивысшую опасность для России и наиболее важно для создания дронов. Либо первый показательный удар по наиболее уязвимому месту в качестве урока для остальных.
Знаете, бывает читаешь новость и понимаешь: вот оно, переломное событие. Но его масштаб улавливаешь не сразу. 15 апреля 2026 года как раз такой случай. Министр обороны Великобритании Джон Хили стоял за трибуной и выдал цифру: сто двадцать тысяч дронов. Ударных, разведывательных, морских, логистических. Всех типов и модификаций. Только с британских заводов. Только в этом году. Цена вопроса? 752 миллиона фунтов стерлингов.
Через сутки после этого заявления российское Минобороны ответило. Ведомство обнародовало полный список. С названиями фирм, городами и адресами. Всех основных предприятий, выпускающих дроны для Украины на территории Европы. Зачем? Как пояснили, «чтобы европейская общественность знала, что происходит».
И этот список. Выглядит как карта военной инфраструктуры противника. Только не потенциального, а вполне реального.
В Великобритании «Файер пойнт» и «Хорайзон тех». В Германии «Да Винчи авиа» и «Эйрлоджикс». В Дании и Литве «Корт». В Латвии «Терминал аутономи». В Нидерландах «Дестинус». В Польше ГП «Антонов» и «Укрспецистемз». В Чехии «Девиро». В Испании компоненты собирают в Мадриде. В Италии на четырёх заводах, в том числе венецианском «КМД Авио». В Мюнхене, Праге, Риге, Лондоне везде кипит работа.
Изделия с названиями, которые бойцы на передовой уже выучили наизусть: FP-1, FP-2, «Стикер», «Да Винчи», «Анубис», «ХаКи» АК-1000, AQ-400 «Коса», «Рута», Ан-196 «Лютый», RAM-2X, «Булава»...
Десятикратный рост: хроника заблуждений
Чтобы понять, как мы дошли до жизни такой, нужно вернуться на два года назад.
В 2024 году Великобритания поставляла Украине дроны тысячами. В 2025 году уже десятками тысяч. С апреля по октябрь 2025 года британские заводы передали ВСУ более 85 тысяч беспилотников, выполняя план в 100 тысяч к апрелю 2026 финансового года. Десятикратный рост за двенадцать месяцев. Теперь новая ступень: 120 тысяч за один год.
Но Великобритания действовала не в одиночку. Под её руководством сформировалась Международная коалиция дронов, объединение более чем двадцати государств. В 2025 году коалиция выделила на поддержку Украины два миллиарда семьсот пятьдесят миллионов евро. К январю 2026 года средства Британии, Дании, Нидерландов, Латвии и Швеции обеспечили поставку тридцати тысяч новых беспилотников. Впереди ещё десятки тысяч.
Германия в 2025 году передала через компании Quantum Systems и Helsing свыше девятисот продвинутых разведывательных и ударных дронов. В 2026 году планирует поставить от пяти до десяти тысяч по программе совместного производства «Build with Ukraine». Название говорит само за себя: «Строй вместе с Украиной». Строить, значит, воевать против нас.
Четырнадцатого апреля, за день до объявления Хили, Украина и Германия согласовали новый оборонный пакет на четыре миллиарда евро. Министр обороны Украины Михаил Федоров назвал приоритеты: усиление ПВО, развитие дальнобойных возможностей, запуск совместного производства беспилотников. Формулировка точная. Холодная. И она не оставляет места для иллюзий.
В 2025 году ВСУ получили рекордные три миллиона FPV дронов, в основном украинского производства. Цифра колоссальная. Но с каждым месяцем доля европейских поставок в общем массиве ударных средств растёт. И если три миллиона это преимущественно малые дроны ближнего радиуса действия, то европейские поставки включают изделия среднего и дальнего радиуса. Именно те, что бьют по нашим нефтеперерабатывающим заводам, объектам энергетики, складам и заводам на расстоянии тысячи, тысячи двести километров от линии боевого соприкосновения.
Одиннадцать адресов и один вопрос
Министерство обороны России опубликовало адреса не просто для красного словца. Это был акт. Юридический и психологический. Москва заявила: мы знаем, где вы делаете оружие, которым убивают наших людей. Мы знаем названия фирм, имена улиц, номера домов.
Есть в военной стратегии такое понятие — «центры тяжести». Это заводы, без которых армия противника не может воевать. Одиннадцать адресов, опубликованных российским ведомством, это и есть центры тяжести. Без них конвейер остановится. Без них сто двадцать тысяч дронов превратятся в число из мечты.
Производство дронов в европейских странах направлено не только на поддержку Украины. НАТО преследует две цели: освоение финансовых средств, предоставленных Киевом, и оценку эффективности своих военных технологий в реальных боевых условиях. Получается, Европа тестирует оружие на нашей территории. И за это ещё получает деньги.
Сто двадцать тысяч это не абстрактный пакет помощи. Средний дрон весит пять, десять килограммов, несёт боевую часть в полтора, три килограмма взрывчатки. Даже если десятая часть из них прорвётся к целям, а статистика говорит, что прорывается больше, мы получаем двенадцать тысяч успешных ударов. По заводам, по энергосистемам, по линиям снабжения, по городам.
И это ещё не считая трёх миллионов украинских FPV. Не считая тех дронов, которые поставят Германия, Дания, Нидерланды, Швеция, Латвия, Италия и другие участники коалиции. Не считая тех, что соберут на заводах в Мюнхене и Венеции, в Праге и Риге, по программам, название которых «Строй вместе с Украиной» звучит как приговор всякой дипломатии.
Что дальше
Адреса опубликованы. И теперь, когда карта европейских заводов лежит на столе, невольно задаёшься вопросом: что дальше?
Вариантов, похоже, несколько. И они уже не в области теории.
Первое. Публикация адресов сама по себе уже акт. Не просто информационный, а психологический. Это предупреждение европейским правительствам: мы видим ваши заводы, мы знаем, кто на них работает, мы понимаем, что вы делаете. Дальше ваш ход. Или остановите конвейер, или столкнётесь с последствиями.
Второе. Конвенциональные удары. По объектам в Европе. Не обязательно ракетные, диверсионные, кибератаки, саботаж. Заводы горят не только от «Калибров». Но это путь, который требует точной разведки, политической воли и готовности к ответу.
Третье. Перехват на территории Украины. Бить не по заводам, а по логистике. По складам, по транспорту, по путям доставки. Это уже происходит, но масштаб не тот. Сто двадцать тысяч дронов это не рюкзаки, которые переносят через границу. Это контейнеры, поезда, самолёты. Их можно отследить.
Четвёртое. Давление через третьи стороны. Турция, Китай, Индия, у них есть рычаги влияния на Европу. Можно попытаться надавить дипломатически. Но время для дипломатии, кажется, ушло вместе с первыми ударами по Новороссийску.
Пятое. Ядерное сдерживание. Самый тяжёлый вариант. И самый непредсказуемый. Вопрос о ракетных ударах, возможно, с ядерной начинкой, по европейской военной и промышленной инфраструктуре звучит в публичном пространстве уже не как теория, а как стратегическая дилемма. Если Европа продолжит наращивать производство оружия для ударов по России, Москва рано или поздно столкнётся с выбором: принять удар или ответить так, чтобы это остановилось навсегда.
Но есть и шестой вариант. Тот, о котором не пишут в аналитических сводках. Ничего не делать. Ждать. Пока заводы выпустят свой миллионный дрон. Пока энергосистема не рухнет под ударами. Пока люди в прифронтовых городах не перестанут верить, что их защищают.
Когда удары станут реальностью, зависит от того, что будет дальше. Спите спокойно, европейские партнёры!
Написал зампред Совбеза РФ Дмитрий Медведев в своем англоязычном аккаунте в X.
Свежие комментарии